Философская проза: Август красного петуха  
Вернуться
Комментарии

Философская проза жизни



 
О насущном. :-)))

    Нелегкая пора - август в России. Ступил на порог - жди беды. В этом году полыхнул август красным петухом. Духота, дым горло дерет и глаза щиплет. Голова мутная от отравы. По радио о жертвах тотальных пожаров сообщают.
    Собрали мы помощь погорельцам, а на сердце легче не стало. Раздражаюсь на домашних, к работе вкус потеряла... Под конец распластало меня на постели не совсем понятное чувство - то ли вина за нехватку во мне геройства гнетет, то ли бремя беспомощности последние силы отнимает. Противно глаза открывать и на жизнь безотрадную глядеть...
    Но рассудок пока жив. Сознаю: отчаяние следует побеждать, иначе станет уныние попутчиком на вечные времена. Надо хотя бы себе помочь, раз другим не могу. Поднялась на ноги с решением порядок в квартире навести. В ящике среди ненужного хлама откопала забытую другом старую линейку. Застыла над находкой библейским соляным столбом...


    В конце девяностых приятельствовала я со странным геодезистом, умевшим все на свете величины определять касанием пальцев к линейке. Придет, бывало, в гости, задержится в дверях, наставив на меня дощечку с зазубринами сантиметров, произнесет, озабоченно хмурясь:

    - А ты, мать, на девять единиц поумнела, что неестественно. Быстрый прирост интеллекта - последыш мучительного отрезвления... Что, розовые очки - в пыль, знакомое лицо - в морду? Колись, какой супостат святую простоту смел обидеть? Разнесу в клочья!
    И ведь никогда не ошибался Юрка в диагнозе: третьего дня я, действительно, втайне рыдала. А что святая простота - это он так, шутя. В каких единицах меряет, не объяснял - по-кошачьи вальяжно щурился и зеленый чай, посмеиваясь, прихлебывал, пока не отстану.
    В один нелепый день поссорились мы с Юркой и разошлись в разные стороны. Колдовская его деревяшка непостижимым образом осталась в моем ящике пылиться.
 
    Оттаяла я после шока. Обняла линейку. Радуюсь ей, как потерянному другу. Улыбаюсь во весь рот. Послал ее, наверное, Бог, чтобы не тосковала: самые звонкие душевные струны всколыхнулись и соловьем заливаются! Счастливые времена вспомнились, когда компания наша пыталась тайну мироздания постичь, - и не было у нас занятия важнее. Какие только подвиги Юрка с помощью своего потешного прибора ни совершал! От Томки беду отвел, определив в неведомых единицах срочную надобность медикам отдаться. Виталику квартиру покупать отсоветовал - потом подтвердилось, что мошенники торговали...
    Я для гаданий на волшебных предметах не пригодна, но нашлась ведь почему-то линейка, и сделалось мне с нею весело в тяжелый час. Может, она не просто так ко мне явилась, а чтобы буйство красного петуха извести? Говорят, подобное притягивается подобным... Начну что-нибудь радостное мерить, долгожданный дождь и прольется... Вера в нечаянные возможности - подспорье усталой психике, замена коварным транквилизаторам: побочные эффекты, если не увлекаться, минимальные...
    Сделаю по науке... Взяла у сына тетрадь и вывела крупными буквами: "Данные о глубине счастья"... Чуть-чуть поразмыслив, добавила: "очищенного от вкраплений удовлетворенного инстинкта обладания". Инстинкты - приспособленцы, подчиняют слабого сильному. И не за сытостью я гонюсь, творю на врага управу!
 
    Сынишка в соседней комнате опять тяжело закашлялся. Метнулась к нему дыхание неровное послушать... Красный петух не дремлет: вянет букетик радости, находкой нечаянной дареный... Пока не сломалась воля, надо мне поспешить!..
    Где взять для линейки счастье, если душа тоскует? Достала альбом с фотографиями: родные веселые лица... Ищу в них опору и вдохновение...
    Примериваюсь к снимкам, как Юрка не раз у меня на глазах делал. В каких единицах все-таки эмоции определять?..
    Пришли откуда-то слова. Нашептываю, подбадриваясь, речитативом:
        Огню место в небе, чтобы солнце светило!
        Огню место в печке, чтобы дом полной чашей!
    Увы! Красный петух продолжал хозяйничать в моей душе, выклевывая зерна надежды. Подталкивал бросить линейку и снова упасть в постель.
       А ты, красный петух, не с добром пришел,
       а ты, красный петух, войной наступаешь...
    Юркина деревяшка не желала обуздывать буйство петуха, наоборот, мне, слабосильной, норов показывала - сантиметрами дразнила, словно больше ничего не умеет. Креплю дух самодельным заклинанием, но чувствую: подхожу к краю.
        Не отдам тебе, супостат, сына,
        не отдам тебе, супостат, дочку!
    Верчу я деревяшку, прошу у нее чуда, объясняю, что нужно людям счастье вернуть. А как вернуть, не поняв потерянного? Плечи устали, голова пуще прежнего разболелась, в душе уже не горе, пустота... Эх, Юрка, Юрка... Где чары столетнего дерева, из которого, по твоим словам, магический эталон жизненной меры струган?
        Ни живой душой, ни природной красой
        не дам полакомиться!
    Вздохнула я тяжело, признавая поражение, и вдруг услышала, как кто-то рядом мелодию моего заклинания подхватил. Почувствовала на себе хитрющий Юркин взгляд, увидела усмешку ехидную...
        Залейся водой, закопайся землей!
        Снова стань, огонь, людям другом,
        не злым ворогом!
    Точно подставил товарищ плечо, укрепил мою волю своей. Подчинилась линейка! Начала я ощущать глубину за плоской фотографией: словно изображение - всего лишь дверь в неведомое пространство, где мы, люди, туманные легкие облачка. Скользим по жизни, почти ее не касаясь, но иногда погружаемся глубже - и тогда напрягаемся струной, искрящей желаниями... А счастье, оно каждый раз особенное... Появилась первая цифра...
    Вот счастье краткое - всего в одну-две неведомые единицы, но зато разбросано оно по каждому дню без счета. В самые ненастные времена посреди унылой серости яркими всполохами секунд проявляет себя счастье созерцания природной красоты. Ощущаешь, что мир хорош, и полнишься через край радостью. Любая травинка может подарить такой миг, любая снежинка, прозрачный воздух, чистая вода...
    Вот счастье гораздо длиннее первого - попадается глубиной единиц по двадцать. Это счастье любви, когда чувствуешь внутреннее единство с родным человеком - родителем, ребенком, любимым... Без слов понимаешь, переполняешься нежностью...
    Удивительный снимок такого счастья измерила я в альбоме: мне шесть лет. Мама, бабушка, прабабушка и я сидим на лавочке около дома. Увлечены друг другом, едины во всем: мы такие разные и так похожи...
    Через несколько страниц фотография, где муж знакомится с новорожденной дочкой. В его руках розовый  сверток, и мы, открыв рты, заглядываем под кружева... Какие забавные лица!
    А вот счастье редкое - зато какой глубины достигает чувство, в нем отраженное! Случается такое счастье, когда ценой огромного напряжения прорываешься сквозь невозможное. Оно плод огромной работы. Оттого, что не сдалась ты, не отступила, опасно занедуживший ребенок встал на ноги... семья не погибла в котле распада страны, пустила корни на новой почве... И приходит счастье спасением на последнем усилии борьбы с роком - оно кажется чудом, посланной Богом благодатью...
    Этот вид счастья - приговор тебе, красный петух! Раз раньше справлялись, и сегодня справимся.
    Цифра за цифрой выстроились в тетради аккуратные столбики - "Данные о глубине счастья, очищенного от вкраплений удовлетворенного инстинкта обладания"... Сравниваю, размышляю... Суть дела постепенно проясняется...
    Линейка для Юрки была способом сосредоточиться, отбросить лишнее, отвлекающее от главного: слово правды тихое и неспешное, а инстинкты кричат, ревут, нет с ними сладу...
    Поняла я, что пожары пожарами, а страшнее всего страх, который невидимо ярится, крохи разума выклевывает. Страх и есть настоящий красный петух - жизни губитель! Порабощает страх человека, скручивает в козявку: забывает человек, для чего родился. А среди козявок случайному огню и безответственности раздолье - нет на них управы. Когда же перестаешь крику красного петуха поддаваться, выпрямляешь спину - поднимается дух, возвращается радость. Если не обременять себя тщетными сожалениями об утраченном, настоящее счастье не ссыхается, не черствеет, - обладает оно особой антикризисной стойкостью...
    Невероятным, ни на что не похожим явлением оказалось наше счастье. К происходящему в реальности словно отношения не имеет. Иногда в блаженстве тонешь, несмотря на творящийся вокруг беспредел (как я сейчас). Иногда, наоборот, тоскуешь, хоть сам Зевс на тебя золотым дождем пролейся. Выпадает счастье из ряда собственных прагматичных синонимов, связанных с обстоятельствами: благополучием, везением, удовольствием, что за счастье частенько себя выдает...
    Истинное же счастье от земного на диво свободно: изливается из души в мир благодатным источником... Может, потому не надышимся мы на своих детей, несмотря на хлопоты и заботы о них, что живет в них субстанция счастья почти первозданная? Разве что влюбленные, да и то не все, излучают похожее сияние...
 
    Знаю я теперь, в чем главный Юркин талант, - непринуждённо в компании ребячился, заражал нас невольной радостью, а жизненного опыта у него было не в пример больше. И беспокоилась его мудрая душа о нашем счастье... Мы же, по юности своей, считали его волшебником, который в ничьей заботе не нуждается. Юрка и сегодня не забыл о нас, позвала я - помог в беде...
    Из-за чего я с Юркой поссорилась? Хоть убей, не помню! Вспыхнет, разгорится пламя ссоры от искры, что и живет-то один миг, а какой длинный хвост горя за ним... Искра сверкнула и погасла, а потаенный огонь неприязни терзает душу годами! Вот как бывает...
    Пошарила еще в ящике, отыскала старую телефонную книжку, набрала номер... Спасибо тебе, волшебная линейка, вернула старого друга, одолела красного петуха: пусть только в моей душе, но будут и другие, надеюсь...

 

август 2010 года

 

Опубликован на бумаге в № 15 журнала "РБЖ-Азимут".


Философская проза Ирины Лежава. Что еще почитать:

Философская проза: Каляки

Философская проза: Каляки - 2

Философская проза: Ловец

Философская проза: Сохрани наших сыновей, Господи!


стр:
Игра случая: